«Талант – единственная новость, которая всегда свежа» – эту мысль Бориса Пастернака я не так часто, к сожалению, вспоминаю в последнее время, но вот и повод. Трудно не согласиться с поэтом, когда слушаешь музыку Энвера Измайлова – гитариста из совхоза «Завет Ленинский», что в Крыму. Его имя стало открытием для многих любителей импровизационного искусства в мире, а музыка – настоящим сюрпризом. Это чувство испытал и Ваш покорный слуга, когда впервые, несколько лет назад, познакомился с творчеством Энвера. Единственное желание, возникающее, когда открываешь для себя новый, увлекательный мир – поделиться этим миром с другими. Так родилась идея пластинки “The Eastern Legend” (Восточная легенда). Я не верю в слова, когда речь идет о музыке, однако, понимаю, что иногда слова подталкивают людей к познанию. Из-за слишком частого разочарования и количества пластинок любители музыки, порой, пропускают неординарное, по-настоящему искреннее, самобытное искусство.

Музыкальный мир Измайлова, по-моему, это, прежде всего, мир звуковой медитации, или «динамической медитации», как сказали бы в Индии. Вся фольклорная музыка медитативна и лишена внутренних конфликтов, что делает ее такой естественной и близкой к самой природе. Проще говоря, фольклорная музыка – неотъемлемая часть природы и, думаю, никогда не рождалась и поэтому никогда не умрет. Корни измайловской музыки, несомненно, в восточной традиции народного инструментального музицирования. Порой она сродни страстному молчанию, часто взрывоопасному, однако взрывоопасному в восточном понимании этого слова. Аутентичность ее не мешает музыканту экспериментировать, хотя ладовое музицирование, на первый взгляд, достаточно ограничено в своих возможностях. Так как Энвер – человек, живущий в ХХ веке, многое в его композициях от современной импровизационной камерной музыки, от джаза, наконец. Он аутентичен, когда желает того, в других случаях – раздвигает рамки известного ему, создавая собственную «восточную» эклектику, почти незаметную даже для профессионального уха. Измайлов умеет в музыке танцевать, созерцая, плакать с улыбкой, периодически оставаясь наедине со своим «одиноким гитарным голосом». Его национальные корни ощущаются мгновенно. Манера и стиль исполнения, прикосновение к инструменту, аранжировки традиционных татарских, узбекских, болгарских мелодий порой увлекают в средние века, иногда навевают запахи раскаленной пустыни, то внезапно переносят воображение на южно-молдавскую и болгарскую народную свадьбу с молодым вином, орехами, овечьей брынзой и, конечно, бесконечными танцами под звуки традиционного бас-барабана. Кто-то, возможно, вспомнит, как ни странно, современную электронную импровизационную музыку, рок в том числе. Но главное, по-моему, то, что Энвер не подражает. У него нет никаких установок на музыкальные авторитеты в мире, и это замечательно. Даже тогда, когда на концертах он на бис играет “Take 5” Брубека или песни The Beatles на 7/8 – это звучит всегда оригинально. Десятипальцевой техникой, которой он добивается то фортепианного, то оркестрового звучания, включая различные виды ударных, пользуются немногие гитаристы в мире, самый известный из них – Стенли Джордан (Stanley Jordan) из Нью-Йорка, например. Однако в музыкальном смысле ничего вторичного в композициях Измайлова нет. Его имитации старинных народных инструментов, таких как узбекский дутар, турецкий уд, старинная мотня являются его авторским изобретением. Под его пальцами примитивная модель японской шестиструнной электрогитары звучит удивительно богато и разнообразно. Обилие красок-тембров достигается только с помощью специального «измайловского» туше-прикосновения к струнам на инструменте. В случае с композицией «Бойна» Энвер подкладывает обычный носовой платок под струны, что дает эффект, напоминающий звучание чембало, или что-то подобное. В «Узбекской» перестраивание всего гитарного строя на кварту вниз удивительно напоминает индийский ситар. При этом музыкант практически никогда не использует электронные эффекты, как это делают почти все гитаристы. Он лишь применяет иногда наложения, как, например, в «Капанице» – болгарском танце на 11/8, где использует четыре гитары. Особого внимания заслуживает заглавная пьеса пластинки «Восточная легенда», где в средней части он играет стаканом по струнам, что дает потрясающий эффект нескольких синтезаторов, или что-то напоминающее их.

Иногда отсутствие профессиональной школы, консерваторий, догм, технических комплексов, как это ни странно, помогает музыканту. Это случается редко, однако Энвер Измайлов – тому пример. Его специальность – газовый сварщик, и хотя он учился несколько лет в музучилище по классу фагота, главный музыкальный опыт он получил на народных свадьбах в Узбекистане. Множество крымских татар, в том числе и Энвер, с семьями были насильно высланы советским «сюрреалистическим режимом» из Крыма в различные районы бывшего СССР, и только спустя годы, сейчас, они медленно, болезненно, но возвращаются к себе на родину. Однако, годы изгнания принесли Энверу знакомство с узбекской национальной музыкой, т.к. много лет он провел в городе Фергана. Иногда, будучи бедным в материальном смысле, и будучи богатым в духовном, он из экономических соображений пробовал играть народные свадьбы на гитаре без ансамбля. Это был первый его шаг к звукомонополии, позже открывший ему прекрасные возможности в выражении своего индивидуального голоса в музыке.

«… Этот деревенский молодой человек привел в неописуемый восторг искушенную норвежскую публику. Знаменитые Пако Де Люсия, Джон МакЛафлин смогут позавидовать ему в изобретательности и оригинальности мышления» – так писала норвежская пресса после дебюта Измайлова на “Vossa Jazz” фестивале в апреле 1993. Концерты музыканта во Франции, Швейцарии, Германии, Скандинавии проходят с нарастающим успехом. «… Меня это почти не волнует», – говорит Энвер. – «Я люблю играть, но мысли уже через неделю после начала любых гастролей там, в моей деревне, в моей семье. Я тоскую, когда уезжаю, я чувствую себя легко лишь когда возвращаюсь обратно. Я люблю публику, но моя музыка, если ее можно назвать моей, далека от городов по своему духу, хотя есть в ней кое-что, возможно, цивилизованное. Как минимум, это электрогитара – признак моей электронно-роковой юности. Нет, только здесь, у себя на Родине, в Крыму, в деревне я растворяюсь в природе, а аромат арбузов, южной утренней травы, Черного моря возбуждают столь сильные чувства, что я спешу, переполненный, выразить их в звуках…»

 

 

Текст: М. Альперин (продюсер диска Э. Измайлова "The Eastern Legend"), 1993

Источник: Буклет диска Э. Измайлова "The Eastern Legend"

Фото: Интернет