посвящается Полине

pRELUDE

Щиты очевидного обмана
Назойливы со всех сторон.
Нет ни намека и ни тени мысли
В глазах остриженного хама.

Электронная цветная пушка1
Скучна как никогда.
Его друзья желтеют сединой,
Торопятся раздеться и заснуть —
Им стало слишком холодно.

Он, как и прежде,
недоволен
Собой и пальцами.
И время, дефицитнейший товар,
Нигде не продают.

Планета сделала свой целый круг
С тех пор, как плакали и умирали дети,2
А странная Река, похожая на ад,
Течет и дальше.
Осень.

И временами поручни,
которые так долго строил,
чтоб помогли ему вперед идти —
Плывут в тумане, исчезают,
И не понятно: что и где,
куда идти?

Есть беззаветная любовь и нежность,
и бесконечное терпение,
Прощение
В ее руках,
по-детски маленьких,
Родных.
Но что-то не дает заснуть.
Обрывки фраз выходят и, красуясь,
таят.
Свое? Чужое?
Может просто бред?
Красота пустая,
доступная
лишь этой паре глаз…

лЕНЬ, ОБИДЫ И …

 … “ job that slowly kills you”.
Если больше не сказать:
fuckin’ job…

рЕЖЕТ ПЕСКОМ

Старая горбатая ворона,
побираясь на паперти,
бормотала нам проклятия вслед.
Просто за то, что мы молоды
и не попрошайки.
И что же? Они возымели действие?..
— Нет.
Тогда почему ты одна,
только ты как чужая
на этом Жизненном Банкете?
Почему все вокруг
набиты лишь проблемками
мелкими,
а ты мучаешься болью?
Мое бессилие — довесок.

Душевная боль тяжелее физической?
Да неужели?!

сЛАЙДЫ

Остатки врожденной добросовестности
мешают забить на тошнотворное
«дело».

Толпы чувств в его груди
вышли на митинг
с миролюбивым плакатом:
«Смерть сомнениям!»

Ее прикосновения к лицу
И нежность поцелуев
Превращают
В распускающийся цветок,
Полный энергии и жизни,
Уверенности,
Силы.

вОСПОМИНАНИЕ

Тошнотворный аромат
Нечеловеческих лекарств.
Тяжелый дух накопленных страданий
безмолвных и беспомощных
животных.
Слезы и отчаяние хозяев…

–(
Стол стали вечной и бессмертной.
Такой большой, родной, любимый Друг,
что был веселым и подвижным —
лежит.
Тяжелое дыхание.
Спокойный врач осуществляет
прямой массаж слабеющего сердца.
Железными щипцами
вытянут язык.
И в голове пульсация
молитвы бесполезной…
Смерть.

=(
Палата.
Капельница.
Грелка детская и одеяло.
Пульсирует в мозгу и шепчется губами
молитва бесполезная.
Дом.
Маленький и ставший легким, как младенец,
тот,
что был как божество Египта3 —
на руках приносят и кладут
на теплое, любимое им кресло.
Но нет ни радости, движенья.
Лишь голова бессильно свесилась назад.
Отчаяние.
А утром —
Смерть.

жАЛЬ

Так хочется быть добрым к людям;
самодостаточность,
уверенность нужны.
Но получается олень пугливый, нервный,
которого одно лишь появленье Хищника
приводит в трепет,
даже страх.
И следствие —
озлобленность на всех,
готовность сразу же рычать и рвать зубами,
«Атака — лучшая защита»
и прочее в манере этой.
Жаль.

сАМФИНГ ТУ ДЖОБ

Фак оф, ю, бастардс!
Vy tak mne nadoeli vse!

хАРТС <--

Не смейте забирать ее,
Не смейте!
В оплату —
можете меня сверлить.
Дождями тихими, уютными нас с ней
Залейте
И цикл года сотню раз
нам дайте повторить.
А споры жаркие, обиды, примиренья —
Все это только нам,
Не думайте влезать!
Из ваших сфер вам ни черта не видно!
И как мы любим —
откуда же вам знать?!

iNTERLUDE

Клен, покрасневший от смущенья,
За нашим поцелуем наблюдал.
Мои дожди, твое терпенье —
Нам кто-то это счастье дал.

зООПАРК

Пекинес (самка)
Вся такая правильная из себя мещанка
с мордой пекинеса.
Ушей лохматых только не хватает.
И все у ней по полочкам и шкафчикам,
И жизнь такая же, наверное.
И хочет, чтобы все вокруг
по струночке ходили
и делали, как нужно ей.

Попугай
Какой-то слишком умный птиц,
глазенки вылупив, зудит.
Достал.
Нашел себе секретаря,
который мучился 6 лет когда-то —
образование поймать.

Лягушонок (седовласый)
Скотина жадная, “хозяин”
глазами рыбьими взирает,
начальника хорошего играет,
приходит поболтать о разном,
а эти вынуждены слушать
и отвечать,
и улыбаться, и смеяться.
Но каждый знает: это ложь,
И, тем не менее, все лепят вид,
как будто это так и надо.
И я такой же лицемер.

Total:
“Люди, которые хотят
чтоб ИМ
прекрасно было”

Summary
Но все же,
если быть уж честным до конца,
Декоративная собачка
не вызывает 100%-ного презренья,
поскольку искренна
в своей мещанской простоте.
Она уверена, что так и быть должно;
любое отклонение от нормы
клеймится “странным”, но она
такая от рожденья.
Вот и все.
А Попугай достоин уваженья
(хотя бы малого) за то,
что он подходит с уваженьем
же
по умолчанию к любому…

Хотелось осудить Зверинец,
воздать им должное за то,
что мне никак все не вписаться
в нормальную струю
нормальной жизни.
А получается лишь то,
что никого нельзя винить,
ведь каждый делает свою работу,
вот и все.
А то, что этот Филиненок нудный
не хочет быть, как остальные звери…
Так то ж его проблема, правда?..
Не хочет?
Так голосует пусть ногами!
Его не держит здесь никто.
За исключением, само собой,
лишь страхов.

сТРАНА ВОЗМОЖНОСТЕЙ

Был праздник Независимой Страны
и люди веселились, пили,
всю ночь гуляли напролет.
На сценах пели “музыканты”
(конечно под фанерой, но кого волнует
такая мелочь? никого!).
Подсвечивали Крепость фонарями,
и в небе летнем темно-синем
цветы огня взмывали, распускались.
Был праздник.
А на утро
на Площади валялись
бутылки битые и мятые пивные банки,
окурки сигарет, картонные стаканы,
и прочий-прочий мусор, и плакат
на сцене тихой и пустой:
“Страна возможностей —
Россия”.

мЕРТВЕЦЫ И КЛОУНЫ

Тошнота подходит к горлу
от смрада полусгнивших душ
и грима идиотских масок.
И этот трупный яд
пронизывает все существо,
и вспыхивает боль —
так умирают
еще живые ткани.
Так превращается душа
в песчинку пестрой, суетливой,
но внутренне совсем безликой
и безразличной до всего толпы:

Толпа — шуты и мертвецы.
Держаться остается
лишь за своих.

я И ТЫ

Холодный бледный свет.
За пальцами деревьев
бесшумная луна.
Мне слишком много лет.
Поэтому, наверное,
я выжил из ума?

Твои глаза печальные,
и слишком злая память,
и общая вина.
Все это до отчаяния,
клочков волос меж пальцами,
доводит и меня.

оСЕНЬ В ГОРОДЕ

Вспыхнули клены красным и желтым,
Медленно желто-седеют березы.
Утки поправились на хлебе прохожих.
С неба все чаще уютные слезы.
Улицы в серое снова оделись,
Вновь неприветлива стала Река.
Люди от холода сбиваются в пары
И заполняют кофейни пока.
В квартирах прохладно — не скоро затопят,
Выход — горячая ванна и чай.
Небо бледнеет, становится зимним,
О море теперь только лишь вспоминай.
Но в этом раю для печальных раздумий
Меня одиночество не соблазнит.
Согреем друг друга телефонной улыбкой
И я заспешу на твой остров Гранит.

лЮБЛЮ…

Белые повязки
С синей звездой.
Железные каски,
Петлицы с грозой.
Стена и колючка,
Унижение, голод.
Слезы и страх
Для жизни не повод.

Искупление.
Спасение.
Вина.

пАРОДИЯ

Я несчастен,
как никто другой на свете.
Вы обижаете МЕНЯ,
и Я в ответ вас не люблю.
Вы все — толпа,
Я — самобытен и талантлив,
но слишком скромен Я,
чтоб это говорить.
Я чуток, щедр и добр,
Умен и проницателен, но это
И так понятно, стоит лишь
Хоть строчку из моих прочесть.
МЕНЯ запомнят и поймут.
Пускай не вы, так хоть потомки!..
Я. Я! Я!!!

сПРАВЕДЛИВОСТЬ

Наш Дом все больше делится
на VIPer’ов5 и остальных.
Для них отдельные места,
спектакли и кафе.
А мимо дети грязные,
как воробьи мелькают,
И собирают старики,
труда герои и войны,
прибавку к пенсии — бутылки.
А им не стыдно ни фига…
Мессир!
Нам так Вас не хватает!

иНДЕЙСКО-ЖЕНСКОЕ ЛЕТО6

Последние теплые дни,
Но ночи уже все длиннее.
Мы сможем друг другу простить
И в светлое снова поверим.
Как лист новой белой бумаги
Чистый выпадет снег.
Нам хватит совместной отваги
На долгую жизнь без побед.
Важней, чтоб рука грела руку
И знать, что ты тоже любим(а).

1. Вот только бы место устроить,
Назвать его Домом Своим…

2. (А боль и болезни отстанут
И впредь проходить будут мимо…)

хАНГТЕН И ВШИВАЯ ЕЛКА
(в гостях у рэппера MC Donalds)

Д-П.
— Что это за ложка такая —
длинная и маленькая?
— Это ложка маленького удлиненного человека.
Мы назовем его Хангтен…

П.
— А мне гирлянда эта кажется
обычной вшивой елкой —
как будто вши,
фонарики надев,
по ней снуют туда-сюда…

зИМНЯЯ НОЧЬ

Перья ангелов кружились
в черном небе, в тишине,
и, тая,
исчезали на губах твоих.