От автора:
Я думаю, лишним было бы объявлять автора нескольких строк курсивом. Он известен читающим и без меня.
«Если бы каждая мать
относилась к своим детям так, как я,
не было бы брошенных, искалеченных,
больных детей», -
так говорит моя мама
и с этим сложно не согласиться.
1. ***
Одним утром маленькая девочка лет пяти подошла к маме, ласково и требовательно подергала ее за юбку и протянула нарисованную только что открытку.
Улыбнулась.
Убежала.
В открытке было:
«Мама дарагая Я тебя лублу Мама мне очень ненравепа кагда ты плачиш» и неряшливо детской рукой нарисовано большое улыбающееся лицо.
Девочка с умными глазами, тихая, нежная и очень-очень иногда веселая.
Жалко, что ты когда-нибудь станешь взрослой, что когда-нибудь, кто-нибудь надругается над твоей молодостью, польет грязью твои мечты и сделает твою жизнь невыносимой.
Мама, как же я люблю тебя и не понимаю зачем, зачем об этом говорить. Все ясно и так.
Мама, мама, вспомни: ты тоже когда-то была маленькой умной девочкой.
Вот я вижу тебя на фотографии. С косичками, как у меня. И бантами. Взгляд, лукавый и, одновременно, добрый, полный озорства, задора, оптимизма. Большие детские уши, большие смешные детские уши, и у тебя они были. Уши, которые все слышат, и непропорционально большая голова, которая все понимает.
Куда, куда они исчезают с возрастом? Чем зарастают? Чем накрываются? Зачем ломаются? Зачем засыпают?
Чтобы не было так мучительно больно!
Да! Да! Убейте все детское в себе и ничего тогда не бойтесь!
2. ***
В какой-то момент детство проходит. В какой?
Школа летит и отпускает в жизнь.
А в школе так много впечатлений, и годы идут, не спеша, останавливаются дни, и жизнь, кажется, еще вся впереди, большая, яркая.
Мечты, мечты, мечты. О чем?
Мечты о любви? О счастье? О победах? Да, да, обо всем, об этом.
Мама, ты помнишь, как летела на белых крыльях оптимизма с веселым смехом в будущее?
Как была и остаешься чуткой, доброй и внимательной?
С каким волнением ты ожидала это…, это свое будущее!
Каким только ни представлялось оно тебе в мечтах и снах!
О чем думала ты тогда?
Весь мир сейчас у меня (а был у тебя) в распоряжении, и, кажется, что знаю его, как свою ладонь.
Казалось, что судьба также проста, как линии на ладони, также понятна и видима, также осязаема и предсказуема.
Время надежд волнительно, правда? Время выбора тяжело, правда?
Чего ты хотела? И… что сбылось?
3. ***
Мама, помнишь вот это письмо:
«Света, здравствуй!
Ты, конечно, не знаешь, кто это тебе пишет, потому что не замечаешь меня в толпе поклонников. Но я не могу с этим примириться. Я долго думал и решил тебе написать.
Светик, ты не поверишь, но я тебя люблю! Света, ты для меня - как далекая звезда. И я чувствую, что ты не ответишь мне взаимностью, как бы я ни старался. Но знай: что бы с тобой ни случилось, я всегда с тобой».
Улыбка, наверняка, проскользнула по твоему лицу.
Улыбка прошлого, как ты хороша! И как уныла, как безнадежно ты постарела!
Прости меня!
И девочке тоже как-то на уроке математики прилетела за шиворот записка: «Я люблю тебя». Она не могла разобрать, что там написано весь урок. Развернулась, выяснила, кто кинул ее, и спросила, что в ней. Он ответил, смеясь. Она улыбнулась с недоумением, выбросила записку и запомнила случай на всю жизнь, не придавая этому случаю значения тогда. Теперь это нежно и забавно.
Я знаю, мама, ты можешь рассказать мне, что такое жизнь с человеком, которого не любишь.
Знаю, можешь показать мне нерубцующиеся раны в душе и поведать о несбывшихся надеждах и потраченных силах, об усталости, которой нет предела, о беспомощности и страхе.
И о детях.
Кое-что помню и я:
Скандалы
Боль
жалость
Слезы
Обман
И тихое молчание
И мы, дети, мы – твоя радость.
Как же ты любишь нас, и не понимаешь, зачем, зачем об этом говорить. Все ясно и так.
Напрашиваются любимые строчки того, кто всегда помнил и, не заметив, заставил меня вспомнить о простой нежности и великой незаметной благодарности:
«Уставшая, замученная проглотами-птенцами
и неверным скотиной-Зевсом
мать-Гея,
достойная причислению к лику святых».
и
«Милая Гея,
Я всегда буду скучать по твоему
теплу
и бесплатной нежности,
от которых уйду по собственной воле, ибо
не вижу другого пути
взросления».
Да. Они все святые, кроме тех, которые предают свое материнство.
Скажи мне, мама! Мне тоже так придется? Скажи мне! Я боюсь! Так боюсь.
Мама, а знаешь ли, зачем это было? Знаешь ли, зачем?
Никто не знает.
И я не буду говорить о ненужности такой жизни и о смерти, и о самоубийстве. Нельзя говорить об этом. И маме нельзя, и себе одной – тоже нельзя! Смерть не нужна. Она также не поможет.
4. ***
Жертвы. Это все жертвы, а значит, дружба между нами невозможна, возможна лишь любовь, подкрепленная инстинктом.
Тебе, мама, сложно поверить в то, что мы – дети – способны, полагаясь на нашу неоперенную опытом интуицию, жить, и жить хорошо.
Как бы мы все хотели жить хорошо!
А, впрочем, наверное, не способны, а значит, мы обречены.
Мама, ты хочешь защитить нас?
У тебя ничего не получится.
В этом есть ужас.
Зря не доверяю тебе, мама, всю правду.
Но я защищаю тебя. Мама, помнишь, ты меня просила об этом?!
И у меня получается.
Мама, ты вложила в нас жизнь, ты принесла в жертву свою жизнь для нас. И жизнь не сопротивлялась. Так надо?
И чего бы ты ни хотела взамен, ты этого не получишь.
Мама, но ты и ничего не хочешь, ты просто-просто любишь, заботишься, переживаешь и отгоняешь злых духов.
Великая волшебница!
Я должна быть предана тебе на век! Но я – эгоистка и ничего не понимаю!
Я буду, однако, стараться.
5. ***
Надежды рушатся медленно и незаметно. Дети отнимают жизнь, и ты рада этому.
«Сейчас я живу легче, чем жила раньше и, в особенности, в молодости», - говоришь ты.
Я верю тебе. Только тебе хочу верить.
Ты такая же веселая, добрая и чуткая, как была всегда. И в тебе по-прежнему много Света и глубины.
Ты теперь живешь мною, нами, и все равно летишь на белых крыльях оптимизма, поднимая и меня в воздух вместе с собой.
Ты знаешь, что прекрасна так же, как природа вокруг тебя на этой фотографии, также величественна, также мудра и также одинока?
Как мало я знаю тебя!
Как сильно я люблю тебя!
И как благодарна!
Каждым жестом, каждым словом своим ты доказываешь мне радость жизни, несмотря ни на что: боль, тревогу, болезни, предательства… Ты-то всегда будешь со мной, вечно прощающая, вечно любящая, прекрасная, милая моя волшебница, милая моя мама.
И злость, и страх, и боль исчезают под твоим строгим заботливым взглядом.
Все это громкие слова, они не выдержат твоей цензуры, критики и любимого мною цинизма, а потому затыкаюсь, вытираю слезы, улыбаюсь, хохочу, шучу и добиваюсь успеха!
Забудем все и будем снова, как в детстве, иногда счастливы бабочкой, цветком, деревом, камнем и водой!
Декабрь 2004 г.
Фото - из личного архива П. Куделькиной
ПРИМЕЧАНИЕ:
|
Наверное, это начало конца...